?

Log in

Русский сход. Что думает народ?

Зато не нужно учить рио-де-жанейрский, - с облегчением вздохнул Виталий Мутко.

Надо еще посмотреть, а вообще нужно ехать туда где не могут обеспечить элементарные условия безопасности !

В 1980-ом США не прислали свою команду на Олимпийские игры в Москву. Имидж США при этом не пострадал. России самой стоит отказаться от этих политизированных мероприятий

Надо в России заложить основы спорта высоких достижений без допинга, какого-то ни было. Сейчас здоровье спортсменов просто гробится ради результатов. Что дала природа, то и показать, как в древней Греции. Спорт на достижениях фармакологии зашёл в тупик. Это понимают многие спортсмены. Если спорт в России будет основан на естественных результатах, к России примкнут и другие страны. Не всем хочется быть животными.

Столько народных денег спасли! Правда, их всё равно украдут другие...

Команда 387 человек, под это мероприятие еще чиновников и депутатов человек 500 летит за госсчет. И эти болельщики бюджету в огромную сумму обходятся.

Скока жен функционеров от спорта сейчас бьются в истерике!




Нас не пущают на Олимпиаду? А кого это нас? Там, в сборной России есть представители коренных народов? Они живут в России? Почему надо визжать от восторга, когда Исинбаева в очередной раз срекордила? Ведь живёт она в Монако и миллионы свои держат там же. Нам-то какое дело до её бизнеса? Спорт давно превратился в грязь, в бизнес, в прачечную.


Русско-турецкая война глазами санитара

Причина русско-турецкой войны 1877-1878 годов между Российской империей и союзными балканскими государствами с одной стороны, и Османской империей — с другой, — подъём национального самосознания на Балканах. Однако все попытки мирными средствами улучшить положение христиан в Османской империи в Европе были жестоко подавлены. В апреле 1877 года Россия вынуждена была объявить Турции войну.
Русская армия форсировала Дунай, захватила Шипкинский перевал и, после пятимесячной осады, принудила турецкую армию к капитуляции в Плевне.

Сохранилось много литературных источников о событиях того времени. Хронология, тактика, стратегия войны описаны историками, военными. Однако самыми ценными документами той эпохи являются свидетельства очевидцев войны. Такие свидетельства можно отыскать в мемуарной литературе. Мемуары Н. И. Свешникова — из их числа. В его воспоминаниях только несколько глав посвящены русско-турецкой войне. Однако поражает – насколько точно и выразительно автор описал тыл – задворки войны, с какой беспощадностью к себе раскрыл все хитросплетения медицинско-интендантской кухни.




Николай Свешников
***

Поступление в санитары Отправление в действующую армию • Жизнь в Бухаресте • В Систове • В деревне Мидхад-паша • Сформирование санитарного отряда • В Боготе • В Орхании • Отношение к нам болгар • Отправление за Балканы • Переход через горы • Перевязочный пункт • Голодный полковник • В Софии • Раненые турки • Встреча Нового года • В Самокове • Иеромонах Челоков • Станция Бела • Татар-Базарджик • В Филиппополе

В апреле 1877 года была объявлена война с турками, и вскоре после того Обществом попечения о больных и раненых воинах было объявлено о приеме желающих поступить в санитары в действующую армию. Средний Канаев посоветовал мне записаться в санитары и много содействовал моему поступлению. Он выхлопотал мне от полиции свидетельство о полной благонадежности и рекомендовал начальнику фельдшерской школы.

В мае месяце 1877 года я записался в военно-медицинской фельдшерской школе санитаром. Всех записавшихся и слушавших курсы было человек семьдесят. Принимали в санитары почти каждого мало-мальски знавшего грамоту. Тут были наборщики, артельщики, послушники, несколько евреев и разные лица, искавшие приключений или не имевшие занятий. Кроме одного старика-немца, остальные по большей части были люди молодые, некоторые просто юноши. Какое чувство влекло других на войну, я не знаю, но о себе скажу, что меня влекло не столько чувство патриотизма и желание помочь страждущим, сколько желание выйти из стеснительного положения и зашибить копейку. Доктор-руководитель Бетхер, раз десять или более, читал нам лекции анатомии, физиологии и десмургии; а затем мы по неделе дежурили, то есть присматривались к способу ухода за больными в хирургическом и терапевтическом отделениях клиники. Я учился хорошо; скоро понял перевязку, наложение компрессов и пр., а анатомию и физиологию знал гораздо лучше многих.

Со дня поступления до отправки нам было назначено пособие по пятнадцать рублей в месяц, но полковник Самойлович, начальник военно-фельдшерской школы, делал выдачу не сразу, а когда придется или кто сумеет выпросить: иные получили больше, иные меньше. В начале июля было назначено отправление первой партии в Кишинев, и мне очень хотелось поскорее ехать; но полковник сам не посоветовал мне торопиться. Он сказал, что назначит меня в летучий отряд — в самую действующую армию. И действительно, вскоре за отправкою первой партии из нас выбрали сорок человек в летучий отряд государыни императрицы. Нам сделали форменный русский, довольно красивый, костюм и выдали по пятидесяти рублей подъемных. Перед отправкою уполномоченный Петлин и доктора Ген и Гаусман приходили проверить наши способности и познания и, кажется, остались довольны.

[Spoiler (click to open)]
16 августа уполномоченный Петлин, доктора Ген, Янковский, Гаусман и Куколь-Яснопольский, фармацевт Данциг, классный фельдшер Лейвзенер, обозный офицер Молотов, вахтер, шестнадцать студентов и десять человек нас, санитаров, отправились по Николаевской железной дороге с почтовым поездом в путь. Уполномоченный и доктор ехали в вагоне первого класса, а все прочие занимали вагон второго класса.

Я не буду описывать нашего переезда, хотя для меня было много нового и интересного: Москва, Курск, Киев. Кишинев, Яссы у нас только промелькнули перед глазами. На шестой день мы были в Бухаресте, и тут нам, в вокзале, выдали первое жалованье и порционные деньги.

Вообще все санитары получали по пятнадцати рублей в месяц, но нам было объявлено, что в летучем отряде мы будем получать по двадцати пяти рублей и, кроме того, нам назначили еще порционные, на первое время по сорок пять копеек. Все это нам было выдано золотом, что, при тогдашнем курсе, увеличивало ценность денег более чем в полтора раза. Такое жалованье и порционные давали нам возможность не только жить в довольстве, но и иметь развлечения.

По прибытии в Бухарест наш высший персонал остановился в первоклассной, довольно чистой гостинице, а нам была отведена в улице Магашей, в доме Николеско, хорошая квартира. На другой день по прибытии уполномоченный, доктора, десять студентов и четыре санитара отправились в Систово, а мы и остальные студенты остались ждать приказаний.

Деньги у нас были, и время мы проводили в Бухаресте весело: день мы играли в стукалку, а по вечерам шлялись по ресторанам, садам и другим увеселительным заведениям. Нас принимали с почетом, и музыканты, при нашем прибытии, непременно старались сыграть что-нибудь русское; особенно чаще всего повторялся «Стрелок» и русский народный гимн, при исполнении которого все русские и румыны вставали и снимали шапки.

Но все-таки подобная жизнь начинала надоедать, и нам очень хотелось отправиться к делу.
Недели через две мы, под управлением Молотова, при шести тройках обоза, отправились в Систово. Дорогу до Систова мы шли пешком и ночевали под открытым небом. В Фратешти я отыскал младшего Канаева, находившегося тогда при военном госпитале. Он приглашал меня остаться у них, но Молотов мне не разрешил.
В Систове для нашего отряда был отведен целый дом, вероятно, какого-нибудь бежавшего турка; этот дом во все время войны принадлежал нашему отряду всецело. Он был разорен и замусорен, но его пообчистили и устроили в нем главный склад, при котором оставили двух санитаров. Кроме них, в Систове остался по болезни и старик-немец, который во все время пребывания тут получал жалованье и занимался только тем, что варил сапожную мазь и ваксу и торговал этим в Систове.
На долю отряда, уехавшего раньше нас, досталась жаркая работа: после тридцатого августа из-под Плевны все раненые, которые только могли выносить дорогу, были направляемы на Систово. Транспорты были многочисленные, тысячные, и вот над этими транспортами раненых наши врачи, студенты и санитары, вкупе с персоналом находившегося там госпиталя и сестрами милосердия, работали целыми сутками, не отдыхая. Но когда мы прибыли, то раненые по большей части отправлены были уже далее в Россию, и только очень трудные остались в госпитале.

Вскоре после нашего приезда в Систово прибыли из Петербурга с уполномоченным В. Г. Боком и г. Чекувером (убитым в императорском поезде 17 октября 1888 г.) остальные санитары, а с ними также пришел и громадный транспорт вещей, медикаментов и всего потребного для отряда.

Дня через три мы отправились далее. Я не буду описывать трудности дороги; об этих дорогах уже несколько раз писали; скажу только, что позднею ночью мы добрались до деревни Мидхад-паша, которая считается от Систова в шести часах перехода. Эта деревня была совсем разорена, и в ней помещений почти не было.

Здесь отряд наш вполне сформировался. Он состоял из двух уполномоченных, пяти докторов, фармацевта, двух классных фельдшеров, восемнадцати студентов и сорока санитаров; кроме того, при отряде находились: обозный офицер, вахтер, повар, кухарка, прачка и другая прислуга. В одном из покинутых домов или, вернее сказать, мазанок, устроили склад; другой заняли студенты, а третий мы. Уполномоченные и доктора поместились в палатках. Земляная кухня и столовая находились под открытым небом, и только во время дождя обед подавали под навесом, где, по-видимому, прежде помешалась скотина. Тут у нас хотя и была раскинута палатка для больных, но в ней лежало только восемь человек.

Здесь, на первых же порах, сказалась несостоятельность и непривычка нашей братии к работе. Большая часть санитаров были белоручки и не хотели исправлять таких работ, как дежурство на кухне, прачечной и т. п., а между тем работать было нужно, и людей взять было негде. Но не только эти работы, а и дежурство у больных некоторым не нравилось.

— Неужели мы за тем ехали, — сказал однажды дежуривший со мной товарищ, — чтобы выносить ведра с нечистотами: нас учили только перевязке да переноске раненых.

А на самом деле желать лучшего было невозможно: обращение с нами было вполне гуманное, вежливое, пища вполне достаточная и хорошая, а работы почти совсем не было; мы или делали дорожки от одного помещения до другого, или щипали траву для матрасов, большую часть времени, как и в Бухаресте, занимались стукалкой.

Рядом с нами помешался гвардейский штаб, начальником которого в то время был граф Воронцов-Дашков. Он и все офицеры штаба обедали постоянно у нас. Обеды были хотя и не роскошные, но и не дурные. Повар, нанятый Петлиным в Бухаресте, умел готовить, а вина из нашего склада, как водится, подбавляли аппетита, поэтому обеды были превеселые: шутки, анекдоты и остроты, что называется, лились рекой.

Неделю спустя из нашего отряда отделили часть на позицию под Плевну. Докторам, вероятно, всем хотелось быть ближе к делу, потому что они кидали жребии, и он выпал на долю теперь уже умерших Янковского и Гаусмана. Кажется, так же поступили и студенты; а санитаров Янковский просил выбрать тех, которые казались смелее и выносливее.

В Мидхад-паша мы стояли недели три, а потом поехали далее под Плевну. Все это время шли сильные дожди, и дороги были невыносимые. Мы проехали Горный Студень, Овчую Могилу и Булгарени, и, по мере приближения к Плевне, дороги становились еще хуже, нередко они были запружены артиллерией и транспортами так, что по нескольку часов приходилось выжидать проезда; множество валявшихся замученных лошадей и волов также иногда задерживали путь.

В Порадиме мы остановились на сутки; запаслись тегами и солью и затем отправились в Богот, где в то время находилась главная квартира. Тут к нам прибыли из России доктора Веймар и Головачев и партия сестер милосердия, часть которых осталась при нашем этапном лазарете.

В Боготе совсем не было помещений. Доктора нашли себе маленькую мазанку, а мы разбрелись по клетушкам, в которые сыплют кукурузу. Для студентов и сестер были раскинуты палатки. Склад и кухня также помешались в палатках. Через небольшой проезд, на поляне, в двух больших и шести маленьких палатках был устроен этапный лазарет имени государыни цесаревны, при котором докторами состояли Ген, Куколь-Яснопольский и Бабаев, а уполномоченным г. Бок. Все прочие доктора и уполномоченный Петлин, с несколькими студентами и санитарами, находились на позиции.

Лазарет наш можно было назвать образцовым; изобилие медикаментов и перевязочных средств, хорошие постели и белье и самый тщательный уход вполне успокаивали раненых. Лазарет наш несколько раз был посещаем государем императором, главнокомандующим, князем Черкасским, Пироговым и Боткиным и всегда получал похвальные отзывы.
Из Богота я два раза был командирован в Систово за покупками провизии и в склад за медикаментами и другими вещами. Поездки эти продолжались по неделе и мне нравились. Кроме удовольствия путешествовать по живописной гористой Болгарии и знакомиться с бытом и языком болгар, которых мы нанимали для перевозки наших вещей, эти поездки приносили мне и еще существенную пользу. Деньги Красного Креста давались щедро, а отчеты принимались по совести, без проверки.
В Боготе, так же как и в Мидхад-паша, к нам частенько заходили гости. Ни один обед не обходился без посторонних, и покойный М. Д. Скобелев нередко даже засиживался с сестрами.

Здесь нашей партии поубавилось. Несколько санитаров захворали, а некоторые, будучи недовольны возлагаемыми на них работами и отношением начальства, уехали обратно в Россию.

Со взятием Горного Дубняка гвардия тронулась далее в Балканы. Наш летучий отряд пошел за нею, а в начале ноября и этапному лазарету было приказано собираться в дорогу. Раненых, которые могли выносить дорогу, эвакуировали в Систово, а более трудных перевезли в расположенный близ Богота госпиталь. Петлин и доктора уехали раньше, а с ноября и мы на сотне легких повозок, находившихся в заведовании графа Соллогуба, напутствуемые князем Черкасским, под управлением Бока и Чекувера, отправились в путь.

Мы проехали Горный и Дальний Дубняки, Телиш, Радомирцы и Яблоницы и остановились в Ушковицах. Все эти селения были, по большей части, разорены, и жителей в них почти не было; но при всем том мы во время этого пути не испытывали трудностей потому, что дорога была хорошая — шоссейная, а повозки наши легкие, да и погода стояла сухая и теплая.

В Ушковицах мы стояли более недели, и в это время погода стала делаться холоднее. Войска наши вступали в Балканы, и наш летучий отряд, разделяясь на два, следовал за ними, а нам приказано было отправиться в Орханию, где предположено было устроить лазарет.

Дорога от Ушковиц до Орхании идет горами, по краям глубоких оврагов, и в некоторых местах так узка и неровна, что наши маленькие повозки рисковали свалиться в овраг.

Орхания — небольшой болгарский городок. Когда мы в него прибыли, он был совершенно пуст и разорен. В нем не было еще наших войск, исключая нескольких казаков, а впереди, в двух верстах, находились турки, почему мы на первое время остановились на улице и несколько часов не распрягали лошадей; но вскоре подошли войска, а на другой и третий день начали возвращаться бежавшие болгары.

Через два дня по нашем прибытии с Балкан привезена была большая партия раненых; для госпиталя заняли общественную школу — довольно большое здание. Первое время раненые были положены в холодных помещениях, и за неимением постелей и других приспособлений для них достали несколько возов соломы. В Орханию мы вступили почти первыми, а до нас турки творили здесь неистовства, потому и немудрено, что болгары видели в нас своих избавителей и относились к нам и нашим раненым вполне по-братски. Многие женщины приносили в лазарет хлеб, брынзу (польский сыр), молоко и проч.; некоторые приходили перевязывать или обмывать раненых, а одна, довольно пожилая болгарка, ежедневно ухаживала за раненным в грудь солдатом, как за своим сыном, во все время пребывания его в госпитале. У нас, в Орхании, так же как и в Боготе, в скором времени лазарет устроен был образцово и снабжен всем нужным с избытком. Из Богота у нас было привезено много теплых вещей, да и в Орхании мы получили еще большой транспорт и потому из нашего склада очень щедро снабжали теплою одеждою почти всех офицеров.
Наступили довольно сильные морозы, доходившие иногда градусов до пятнадцати, и наши войска терпели в горах немало нужды и холода. Гвардейцы, приходившие с позиции на отдых в Орханию, были неузнаваемы: наполовину сожженные шинели и прочее платье и сапоги, обвязанные какими-нибудь шкурами и лохмотьями, встречались беспрестанно. Наш лазарет и находившийся тут военный госпиталь были переполнены больными и обмороженными. Но нам жилось недурно: нам, что называется, с ног до головы была выдана теплая и хорошая одежда.

Я считался недурным работником и исполнителем своих обязанностей и пользовался расположением начальства и товарищей; но я давно уже сгорал желанием послужить в летучем отряде; да и доктора, знавшие меня, охотно приглашали, только Ген и Чекувер отговаривали. Однако на этот раз они меня не удержали, и я 13 декабря в отряде, находившемся под управлением Янковского, отправился в поход за Балканы.

Отряд наш состоял из семи человек: двух докторов, двух студентов и трех санитаров. Доктора ехали верхом, студенты шли пешком, мы вели по вьючной лошади. Утро было довольно морозное — больше десяти градусов. Но только мы вышли за город, как солнышко стало пригревать настолько, что мы дорогою принуждены были раздеться до рубашки. Переход до деревни Врачешти был не особенно большой; но добрались мы туда только к вечеру, и нам стоило немалого труда отыскать помещение, потому что вся деревня была занята кавалерийскою дивизиею.

Отправляясь на позицию, наши летучие отряды, кроме медикаментов и перевязочных средств, всегда запасались с избытком бельем, спиртом, чаем и всякой провизией; а потому и были принимаемы всеми очень радушно. К нам нередко приходили, или присылали, не только офицеры, но и генералы за банкой каких-нибудь консервов или за чаем и сахаром.

Мы должны были переходить Балканы в колонне генерала Вельяминова. Переход начался 13 декабря, но мы, в хвосте колонны, вместе с кавалерией и прикрытые ею сзади, выступили из Врачешти только 16 числа, потому что ранее путь был загражден пехотою и артиллерией. Погода была прескверная, а дорога сначала хотя и не очень крутая, но почти на каждой сажени была завалена камнями. С утра шел мокрый снег, а с полудня, по мере того, как мы подымались выше, снег становился суше и сильнее.

Чем дальше мы шли, тем дорога становилась круче, уже и каменистее. В некоторых местах мы лепились по крутым и покатистым тропинкам, имея с одной стороны гору, как стену, а с другой глубочайший и обрывистый овраг. Всю дорогу я не верил, что тут могла пройти артиллерия, и убедился лишь тогда, когда увидел на самой вершине горы с полсотни пехотинцев, с припевами «Дубинушки» тащивших веревкой орудие.

На вершине одной горы, часов в десять вечера, колонна остановилась отдохнуть, и мы вздумали было погреться чаем; но руки у нас так окоченели, что мы никак не могли развьючить лошадей и достать припасы. Однако нашлись два солдатика, которые за предложенные Янковским два рубля сделали нам все нужное — развели огонь и согрели кипятку. Но лишь мы успели налить по стакану, как снова скомандовали в дорогу, и нам пришлось все бросить и идти. Не прошло и получаса, — вьюга разыгралась сильнее, и мы опять принуждены были остановиться. На этот раз остановка длилась долго, и солдаты развели хороший огонь, около которого и собралась большая толпа. Конечно, командиры и наши доктора заняли первые места, а солдатикам и нам немного пришлось погреться.

Лошади наши были привязаны к кустам, а мы с товарищем, наполовину засыпанные снегом, лежали около них и рассуждали, как хорошо быть художником, чтобы срисовать эту разношерстную, сидящую около костра группу.

Доктор Гаусман, студент Гласко и один из наших санитаров, еврей, чувствовали себя нездоровыми и хотели вернуться назад, но Янковский отказался следовать их примеру, а они, по всей вероятности, побоялись одни пуститься в дорогу.

По дороге мы нагоняли много отставших от своих частей пехотинцев; один из них произвел на меня впечатление, которое не изгладилось до сих пор. Как сейчас вижу его, молодого, бледного, стоящим, прислонясь спиною к дереву. Когда мы стали подходить к нему, то он, почти не глядя на нас, а куда-то в пространство, говорил:

— И господи, боже мой! Что это нашему батюшке-царю нужно? Или у него народу много, или у него земли мало? — Более он не сказал ни слова.

Мы с Гласко поднесли ему небольшую порцию водки, дали несколько сухарей и английского кексу и подвели к дымящемуся невдалеке костру, у которого сидели тоже трое отсталых.

С рассветом мы опять тронулись в путь. Снег шел, хотя и менее, но дорога становилась еще круче и уже. В некоторых местах приходилось делать остановки, и в это время нам было еще хуже, потому что мороз, без движения, давал себя чувствовать сильнее, и чем выше мы поднимались в гору, тем становилось холоднее. Солдаты, кроме утомления и стужи, терпели еще и от недостатка пищи: мне приходилось видеть, как они ели конские галеты — да еще подсмеивались. «Вот, — говорил один, жуя галеты, — этих бы сухариков надо отвезти жене к чаю: больно они уж вкусны». Но несмотря на усталость, голод и все трудности, впереди на вершине нередко раздавалась залихватская песня кавалеристов.

Наконец, часов в десять или одиннадцать утра, мы добрались до вершины. Я несказанно был рад этому и думал, что вот скоро явится желанная пристань Чуриак; а если и не скоро, то, по крайней мере, под гору или будет легче. Но тут оказалось новое неудобство: при спуске с гор седло и вьюки моей лошади постоянно сползали на шею, и мне, почти поминутно, приходилось останавливаться, поправлять их и перевязывать, да и вьюга с полудня разыгрывалась сильнее, и дорогу в некоторых местах глубоко перемешало. Нечего и говорить, что чем дальше мы шли, тем более отставали друг от друга, а под конец и совсем растерялись.

Часов в пять вечера я добрался до Чуриака и остановится на площади, не зная, где отыскать наш отряд. Каково же было мое изумление и радость, когда я увидел самого Петлина, шедшего ко мне с распростертыми объятиями. Он крепко обнял меня и поцеловал… Вечером мы все, в братской беседе, с несколькими офицерами и казаками, в холодном доме у горящего очага, праздновали этот трудный, но славный переход. Все чувствовали себя счастливыми и были уверены, что теперь Ташкисенские укрепления не устоят.

Следующий день мы, в компании нескольких русских и иностранных корреспондентов, походного фотографа Иванова и офицеров, при хоре музыкантов, тоже попировали. Мне здесь пришлось поделиться из нашего запаса с некоторыми офицерами сахаром и солью.

— Да, — говорил один из офицеров, — до вашего прихода мы бы с удовольствием здесь отдали по золотому за фунт соли.
19-го числа, в 4 часа утра, мы уже выступили в путь. Хотя в некоторых местах и догорали еще костры, а в одном горел целый сарай с соломою, но было еще очень темно, и потому нельзя было рассмотреть картины выступления. На окраине деревни мы на несколько времени остановились, и мимо нас прошли финляндцы, а затем проехал генерал Гурко с своим штабом, корреспонденты и наш уполномоченный. Спустя часа два или три мы услыхали уже ружейные и пушечные выстрелы. Дойдя до деревни Поток, мы остановились и послали данного нам казака к уполномоченному узнать, где будет находиться перевязочный пункт. В болгарской избе мы напились чаю и закусили купленными у болгар яйцами и кукурузным хлебом, и тут же доктора купили несколько штук болгарских народных поясов.

Через час казак наш возвратился и повел нас на перевязочный пункт. Еще часа через два мы добрались до шоссейной Софийской дороги, где и увидали одного полкового врача, перевязывавшего нескольких раненых. Но тут было место небезопасное: над головами иногда посвистывали пули, а потому и приказано было устроить перевязочный пункт в деревне Чеканчево.

Когда мы прибыли в деревню, там у крайнего дома, на снегу, лежало уже несколько раненых и над ними работали врачи дивизионного лазарета; но у них был большой недостаток в медикаментах и перевязочных средствах. Живо развязаны были наши вьюки, достали из них перевязочные принадлежности, и наши доктора принялись за работу; а мне и казаку с фельдфебелем санитарной роты уполномоченный приказал приготовить для раненых помещения и пищу. Стоны, оханья и крики раненых, что называется, раздирали мне душу. Да и Петлин, обходя их со мною, сказал:

— Вот, Свешников, здесь, наверное, вы совсем не то ощущаете, что там, в лазарете. Вот здесь-то именно и нужна скорая помощь и хорошие работники.

Раненых беспрестанно приносили, и несмотря на то, что рабочих рук было много, многие оставались без перевязки, и потому работа затянулась далеко за полночь. А между тем мы уже знали, что Ташкисен взят и турки бежали, оставив в наших руках немало добычи.

При дивизионном лазарете находились котлы для пищи и громадный самовар. Чтобы накормить раненых, откомандировали нашего казака и несколько солдат санитарной роты достать рису и мяса. Через час они возвратились и пригнали двух быков, а за ними шли болгары и плакали. Петлин приказал мне отдать братушкам по шести полуимпериалов за штуку; но они не хотели брать и этих денег, уверяя, что быки им самим стоят по десяти червонцев. Впрочем, тут торговаться было не время — таково было положение, а больных кормить нужно.

Поздно вечером раненые были накормлены (конечно, многие не ели), напоены чаем и размещены: кто по избам, а кто по сараям, и в каждом помещении оставлено по служителю. Ночью я еще раз обходил раненых. Одни из них метались, другие просили помощи, третьи пить, а иные и совсем уже богу душу отдали и лежали поперек своих живых товарищей. Сами мы отдыхали в эту ночь у костра и питались кексом и чаем.

Рано утром Петлин послал меня с товарищем обойти помещения раненых и проверить, сколько их всех и сколько из них умерло. Во время этого обхода нас встретил полковник, командир какого-то армейского полка, человек уже пожилой, с черной бородой с проседью, и, обратясь к нам, спросил:

— Господа, я вижу, вы к Красному Кресту принадлежите?
— Да, — отвечали мы.
— Так позвольте вас спросить, не имеете ли вы хоть куска хлеба или сухарей, то дайте, пожалуйста, я два дня почти ничего не ел; а вот сейчас нужно опять идти на позицию, так и опять негде будет достать хлеба.

— При нас, полковник, ничего нет, — отвечали мы, — а вы идите на край деревни, там у костра увидите Красный Крест, и кого бы вы там ни встретили — докторов или студентов, все равно, без церемонии спросите, и вы непременно там напьетесь чаю и закусите.
Полковник поблагодарил нас, и на глазах его навернулись слезы.

В это утро у Чеканчева вырыта была большая могила, священник отслужил панихиду, и в могилу, без гробов, зарыли двадцать три человека, а раненых, около двухсот человек, перенесли в один большой чифлик (скотный двор).
За помощь, какую в этом деле оказал войскам наш отряд, генерал Гурко благодарил Петлина, а Янковскому прислал богатый английский хирургический прибор, который был оставлен неприятелем.

Следующую ночь мы ночевали в болгарском доме. Тут мы написали письма и отправили их с одним вольноопределяющимся, провожавшим тело генерала Каталея. Сделалось известным, что город София взят без боя, и вечером 23 декабря мы были уже в нем. Квартира нам была отведена в доме одного зажиточного торговца, где нас приняли очень радушно и угощали чем могли. Хотя генерал Гурко, вступив в Софию, строго наказывал, чтобы отнюдь не было мародерства, но дело обошлось не без греха: казаки и солдаты не откидывали того, что поценнее попадалось под руку. Так я у одного гвардейца приобрел добытые им четырнадцать роскошных узорчатых полотенец и продал их своим докторам. Да и болгары не зевали: на другой день по всем улицам видно было, как они тащили разный скарб из турецких домов.

В Софии мы пробыли около недели. Доктора, студенты и один мой товарищ ходили в турецкие госпитали, лечили и перевязывали больных и раненых турок. Плачевно было состояние этих госпиталей, и лежавшие в них были поистине несчастны. Больные и раненые турки валялись на полу без всякой подстилки и полуголодные, а убийственный запах от неперевязанных ран едва был выносим.

Здесь у нас оказались недостатки в медикаментах, белье и припасах, почему и послали одного из моих товарищей в Орханию, чтобы привезти все нужное из находящегося там нашего склада.

Бегство турок из Софии было так поспешно, что пустые повозки «Красной Луны» были ими покинуты. Гурко подарил нашему отряду эти повозки, и мы на них, 29 декабря, отправились далее.

Перед отъездом из складов, оставленных в Софии турками, я набрал в дорогу для больных разной провизии, как-то: консервированного мяса, масла, рису и проч.

Из Софии мы поехали по Филиппопольской дороге, но затем свернули направо и на другой день позднею ночью добрались до деревни Чушурли, где находилось человек до ста больных и раненых.

Мы прибыли на этот раз очень кстати; хотя здесь и находились два врача армейского полка, но у них не было ни медикаментов, ни перевязочных средств; кроме того, больные уже вторые сутки находились почти без пищи. Весь день, 31 декабря, наши врачи и студенты ходили по домам, где находились больные, перевязывали их или оказывали другую помощь, а я раздавал привезенную нами провизию, водку, чай и белье. Я душевно был доволен этим днем и сознавал, что работал с пользою. Наверно, также и другие провели этот день с тем душевным удовольствием, какое человек испытывает тогда, когда он именно приносит пользу другим; а потому, поздно вечером, когда все больные были удовлетворены, мы уселись на земляном полу, кругом маленького столика, дружно встретить Новый год.

Чай, закуски и разведенный спирт у нас были, но нам хотелось достать вина. Мы послали двух казаков, дав им денег, чтобы они купили где-нибудь вина, но они объездили две деревни и нигде ничего не нашли. Каждый из нас в этот вечер вспоминал родину и каждый рассказывал, как когда-то встречал этот день. Поздно ночью мы улеглись, предварительно приказав казацкому уряднику, чтобы на утро он достал соответственное число подвод для перевозки раненых в Софию.

Часов в девять утра подводы были уже готовы. Братушки, несмотря на то, что им платилось по три франка в день за каждую подводу, ехали вообще неохотно: они боялись всегда, что русские, так же как и турки, не заплатят денег. Усадив больных и раненых и дав им на дорогу провизии, чаю и сахару, мы отправили их в Софию под присмотром студента Гласко, одного санитара и казака. По отправке раненых мы, взяв с собою проводника, с казаками поехали в Самоков.

Самоков накануне только был очищен от турок, и в нем тогда находился Владикавказский казачий полк. Жители Самокова — народ воинственный: все они ходили с оружием, заткнутым за широкими кушаками. Здесь мы приняты были тоже ласково, но все-таки того радушия, какое нам было оказываемо в Софии, мы не встретили: хозяин дома, где мы остановились, был не прочь поживиться на наш счет. Но здесь нашим докторам и студентам оказан был хороший прием от митрополита и братии монастыря. Мне, за неимением времени, не удалось побывать в монастыре, но я познакомился с иеромонахом Василием Челоковым, почтенным старцем, когда-то воспитывавшимся в Троицко-Сергиевской духовной академии. Челоков был литератор-этнограф; он издал на болгарском языке большой «Сборник» песен, народных поверий и обрядов и «Описание села Пюнюгуриши». Кроме того, он был собирателем древних монет и показывал нам свою коллекцию, состоявшую более нежели из семи сот золотых и серебряных монет. Он подарил мне, с своею подписью, по экземпляру своих сочинении и несколько серебряных монет.
На другой день мы вместе с Владикавказским полком отправились далее. Не очень поздно мы приехали в большое турецкое селение Боние. Турки из этого селения почти все бежали. Оно наполовину было сожжено, и по улицам валялись трупы турок. Переночевав в Боние, мы поехали к Татар-Базарджику. По дороге, в какой-то пустой деревне, в погребе, казаки нашли бочку хорошего вина и, недолго думая, выбили из бочки дно и, кто чем мог, выпили всю бочку.

Вечером мы добрались до железнодорожной станции Бело. Здесь находится немецкая колония железнодорожных служащих. Колония эта довольно порядочная, и немцы живут хорошо; они приняли наше начальство с большою предупредительностью. Вечером все офицеры полка и наши доктора были приглашены к какому-то начальнику, или старшине, и угостились на славу.
На следующий день мы были в Татар-Базарджике. Здесь повсюду были видны еще свежие следы разрушения: сожженный мост через Марицу был кое-как настлан; турецкий квартал был пуст и полуразрушен; дюканы, или лавки, также были все пусты и разломаны; на улицах, в некоторых местах, валялись убитые турки, обломки телег и разный скарб. Здесь мы также нашли несколько полуголодных больных и раненых. Сделав все нужное для них, 6 января мы с владикавказцами отправились в Филиппополь.

Дорога от Татар-Базарджика до Филиппополя представляла поражающее зрелище. Человеческие трупы, падшие волы, кони и овцы, разбитые телеги, брошенные разные вещи валялись по всей дороге: все свидетельствовало о поспешном бегстве турок.
В Филиппополе мы встретили нашего уполномоченного, остававшегося после нас еще в Софии, и другой наш отряд, шедший через Балканы на Бабу-гору и Панючурищи. Тут в доме одного богатого грека нам отвели прекрасную квартиру. Так как на меня была возложена хозяйственная часть, то я на другой же день в сопровождении кучера-болгарина, тамошнего уроженца, пошел по городу за разными покупками. Красота города меня поражала, а рассказы моего проводника о разных достопримечательностях очень заинтересовали, и мне захотелось осмотреть его, особенно — мечети. И вот я, выбрав свободное время, пошел с болгарином по городу. Обойдя кой-какие места и осмотрев мечети, я зашел в одну, где увидал разрушенное книгохранилище. Как букинист, заинтересовавшись книгами, никогда мною не виданными, я начал с любопытством их рассматривать, и у меня, что называется, глаза разгорелись. Я набрал более двух десятков томов, которые мне казались изящнее и древнее. Я хотел съездить еще раз на повозке и забрать все остальные, но послушался доброго совета студента Конопасевича, который мне сказал, что служителю Красного Креста неприлично так делать. Ходя за покупками, я иногда заходил в книжные и другие лавки в Филиппопале и покупал болгарские книги, оружие и другие вещи местного производства, а также выменивал разные монеты, казавшиеся мне редкими.

В Филиппополе находились два госпиталя. Наш отряд большую часть времени проводил в этих госпиталях, я же ходил туда только раздавать вино и водку. Вместе с нашим отрядом там работали и сестры милосердия; особенною неутомимостью и попечением о больных отличалась княгиня Голицына: эта уже пожилая женщина, несмотря на свое высокое положение и на то, что в госпиталях возможно было заразиться, почти безотлучно находилась при больных с двумя другими сестрами. Но все-таки между массою работы мы иногда имели случай и погулять; к нам заходил кое-кто из военных, и мы делали маленькие пирушки.
Один раз был у нас Черевин, которому доктор Гаусман делал перевязку. Генерал остался у нас пообедать, — а за обедом, конечно, было и не без вина, — и потому все были более, что называется, чем навеселе. После обеда зашел разговор о русской патриотической литературе, и доктор Гаусман, прочтя какое-то свое стихотворение, между прочим, указал почему-то и на меня, как на поэта (вероятно, я когда-нибудь хвастался и читал ему свои стихи).

— И русский поэт? — спросил генерал.
— Да, конечно же, русский, — ответил за меня Гаусман.
— Ну так дай же я тебя поцелую, — и с этом словом генерал обнял меня и поцеловал.

***

Статья подготовлена для группы VK «Читаем русскую классику».

Покемоны-стукачи

Оригинал взят у gur_ar в Покемоны-стукачи


Хотите расскажу вам интересное об игре "Pokemon Go"?
Read more...Collapse )
«Какая польза от диафильмов? Это ведь отсталая технология прошлого века?» - написала подписчица одного сообщества. Давайте вместе разбираться, есть ли польза от диафильмов! Но прежде мы поговорим о мультфильмах…

Современные мультфильмы. Всё худшее с нами уже случилось!
Пришлось мне несколько раз побывать в гостях у Веры, дочке моих знакомых. Я хорошо знала её родителей, бабушку с дедушкой – такая типичная интеллигентная семья. В доме родителей много книг, пианино (Вера училась в музыкальной школе), по всей квартире развешаны картины (Вера училась в художественной студии)… Вера окончила институт, вышла замуж. Когда родились дети, молодые родители купили квартиру. Жить бы да поживать… Образование и воспитание Веры предполагало и соответствующую преемственность в деле образования и воспитания собственных детей.
Но отчего впечатление от первого моего визита в новую квартиру Веры такое скверное? Я пришла к обеду. За столом - старшая дочка 6-лет, за специальным детским столиком – младшая дочка двух с половиной лет. Перед ними на стене – огромный экран телевизора. По какому-то кабельному каналу крутили современные мультики: стрельба, ор, визг, слова персонажей как из пулемёта – громко, быстро, неразборчиво. Смотрю на детей: уставились в телевизор как заворожённые. Иногда на секунду приходили в себя, забрасывали ложку пищи в рот, и опять «уходили в телевизор»… Вокруг тарелок - куски пищи, которые пронесли мимо рта. Рядом валяются надкусанные «забытые» ломти хлеба. Неряшливость и какая-то обречённость… В это время Вера пыталась общаться со мной, перекрикивая телевизор. Через 10 минут хотелось выйти на свежий воздух.
Это был обед в современном понимании этого слова. Про важность ритуала обеда молодые родители практически ничего не знают. А нужно знать. Но эта тема достойна отдельной статьи. После обеда дети разбрелись по своим комнатам играть, я стала «пытать» молодую маму: какие мультфильмы предпочитают дети, есть ли в доме диски с советскими мультфильмами. И вот ответ: советские мультфильмы есть, но мы всей семьёй подсели на шмунтиков. И Вера продемонстрировала на видео кусочек из «Шмунтиков», уверяя, что это классный мультяшка. Плоское карикатурное изображение в цветовой палитре «вырвиглаз», плоские диалоги, плоский юмор, плоское звуковое сопровождение… Что закладывают в подсознание наших детей современные мультфильмы – тут вообще большие вопросы!
В нашей жизни много замаркированных слов. Вот, к примеру, слово «мультфильм». Мы выросли в СССР, потому абсолютно доверительно относились к такому явлению как мультфильм. На этом слове - маркер безусловного доверия. Вера в то, что мультфильм – явление не просто безопасное, а всячески полезное и приятное – эта вера была подкреплена самой жизнью в СССР. Мультфильмы-друзья-наставники сопровождали нас в детстве, как мамы с папами. Потому закрепилась за этим явлением добрая слава. Но уже давно нет ни той страны, ни той идеологии, ни той материальной базы, на которой создавалось это явление, а мы по-прежнему доверительно относимся к современным мультфильмам и доверяем им своих детей! А надо ли?

Вере 30 лет. Я смотрю на неё и мне страшно! Промывка мозгов нашей молодёжи прошла на пятёрку. В унитаз спустили все достижения советского воспитания: книги, художественную школу, музыкальную школу… Миллионы людей нескольких поколений в СССР трудились, чтобы про человека можно было сказать: «Человек – это звучит гордо!». И вот всё упёрлось в «Шмунтиков»! Расчеловечивание идёт полным ходом! Пойло на столе, пойло на экране!

Советские мультфильмы 50-60-х, 80-х годов и современные мультфильмы. Сравнение по касательной
3 года назад я в своём клубе делала курсы по развитию речи для малышей 3-5 лет. В курсы вошла и работа над мультфильмами. Сразу скажу: никогда не использовала в работе с детьми мультфильмы современные. Но пока искала нужные материалы среди мультфильмов советского периода, увидела одну неприятную тенденцию – и советские мультфильмы 80-х годов, в массе своей, не пригодны для показа ребёнку. Почему?
Коснусь только поверхностно этой темы. Анализ по касательной… Простое визуальное сравнение. Мы не сравниваем звуковое оформление, смысловое наполнение, нравственную и моральную подоплёку мультфильмов 50-70-х годов с мультфильмами 80-х годов и с современными мультфильмами… Всего лишь визуальное сравнение. Почувствуйте разницу! Вы сами поймёте, в какие годы детей пестовали и воспитывали, а в какие – калечили.
Чем советские мультфильмы 50-60-х годов отличаются от мультфильмов 80-х годов и от современных мультфильмов?
Посмотрите на картинку – сравнение. Почувствуйте разницу!



Чем опасны уродцы в современных мультфильмах? Вот слова К.Д. Ушинского, замечательного русского педагога, об образах, которые формируют дитя: «...Приучить дитя рассуждать живыми и верными образами – значит положить прочные основания его логике: все наши умозаключения слагаются из воспринятых нами образов, и чем эти образы вернее, полнее и ярче, тем и умозаключения выходят вернее...»

Эти «живые и верные образы» невозможно сформировать на картинках современных мультфильмов. Делайте вывод сами, зачем нашим детям искажают мировосприятие!

«Нарисуем – будем жить» - пелось в одной песенке. Вот и нашим детям рисуют (программируют) их жизнь. Если ребёнок смотрит на уродов, слушает уродливые тексты и уродливую музыку, – какова будет его жизнь?
Но есть ещё одна ловушка для наших детей. Они не просто смотрят современные уродливые мультфильмы, они смотрят современные уродливые мультфильмы целыми днями!

Почему в СССР дозировали показы мультфильмов по телевизору?
В СССР дозировали показы мультфильмов по телевизору. Однако потребность в впечатлениях у детей высокая. Так почему же чиновники в СССР не шли навстречу этим потребностям? А вы посмотрите на современных детей – вот вам и ответ. Дозировка необходима хотя бы по причине несовместимости у детей потребности в впечатлениях и возможности усвоить большой объём этих впечатлений. То есть пресыщенность от впечатлений у ребёнка наступает быстрее, чем усвоение этих впечатлений. И жадность до впечатлений очень быстро сменяется вялостью, пассивностью, отрешённостью, раздражительностью…
Но тогда возникает вопрос, зачем же природа так скверно пошутила над детьми? Зачем такая вилка между потребностями и возможностями? Никаких тут недоразумений нет. Всё просто как дважды два. Ребёнок не может в силу ещё несформировавшихся психических функций длительно заниматься каким-либо одним видом деятельности. Потому все педагоги знают о необходимости переключения деятельности у ребёнка. И все, кто занимается развитием ребёнка, должны помнить об этом. Желательно стыковать различные виды деятельности. Например, ребёнок послушал (или посмотрел) сказку – можно порисовать. Слепил зайчика – можно поучить стихи. То есть, задействованы разные сферы восприятия. А вот совмещать длительно однородные виды деятельности вредно. Ребёнок быстро утомляется, теряет интерес. Длительный просмотр мультфильма – это длительный однородный вид деятельности. То есть смотреть часами мультфильмы противоестественно! Вот почему в эпоху СССР практически все мультфильмы были в пределах 15 минут. Вот почему по телевизору показывали один мультфильм в день.

А чем был заполнен остаток дня? И как ребёнок далее утолял свои потребности в впечатлениях? Времени до следующего показа было достаточно, чтобы «переварить» мультфильм: поразмышлять над сюжетом сказки, поразмышлять о мотивах и поступках персонажей, оценить эти поступки, обыграть сюжет с игрушками, спросить у родителей про «непонятные места», про «непонятные слова», нарисовать полюбившегося персонажа сказки, выучить песенку из мультфильма и пр. Вот и получается, что один мультфильм «заставлял» ребёнка весь день трудиться, «переваривая» его. То есть мультфильм становится источником и стимулом труда, давал импульс к другим формам и видам деятельности. Трудился ребёнок целый день, удовлетворяя свои потребности в впечатлениях, но этот труд представлял различные виды деятельности. Вот почему в СССР детей не баловали мультфильмами!

Допустим, вас убедила статья в том, что мультфильмы необходимо показывать советские (50-70 годов). И вы согласились, что в день показывать надо только один мультфильм. Но и это не гарантирует вам гармонического развития ребёнка через мультфильмы. Есть ещё одно наиважнейшее условие - возрастное соответствие мультфильма.

Возрастной ценз для мультфильмов
Здоровый ребёнок резвый, активный, неутомимый в делах… Казалось бы, ему под стать и весёлые неугомонные насыщенные образами мультфильмы. Однако, чтобы мультфильм «был под стать», чтобы он принёс пользу ребёнку, необходимо соблюсти некоторые условия.

Надо помнить, что здоровый ребёнок резвый, активный, неутомимый пока только физически. Его высшие психические функции (ВПФ) сложно назвать активными и резвыми. Они ещё у дошкольника формируются. Так вот усвоение, понимание и принятие мультфильма (и любого другого продукта социума) возможно только через высшие психические функции. Потому, чем меньше ребёнок, тем короче должна быть сказка, тем проще должна быть конструкция сказки, тем меньше там должно быть сюжетных линий, тем важнее для ребёнка наглядность. Потому даже супер-мультфильмы – любимцы всех поколений должны быть поданы ребёнку вовремя (не раньше и не позже).

Приведу в подтверждение этих слов цитату К.Д. Ушинского – замечательного русского педагога. Ушинский говорит о вреде преждевременного учения в целом. Эти слова справедливы и в отношении мультфильмов: «...Если вы начинаете учить ребёнка раньше, чем он созрел для учения, то неминуемо встретитесь с такими препятствиями в его природе, которые может преодолеть только одно время. И чем настойчивее будете вы бороться с этими препятствиями возраста, тем более принесёте вреда вашему малышу. Вы требуете от него невозможного: требуете, чтобы он стал выше своего собственного развития, забывая, что всякое органическое развитие совершается в определённый период времени и что наше дело – не ускорять и не замедлять этого развития, а только давать ему здоровую душевную пищу (!!!). Но хуже всего то, что, встречаясь преждевременно с чрезмерными требованиями учения, дитя может потерять веру в свои собственные силы, и эта неуверенность в нём так укоренится, что надолго замедлит его успехи в учении...»

Как ребёнок обходит возрастное препятствие?
Детям категорически нельзя показывать мультфильмы не по возрасту. Но что происходит, если ребёнок всё-таки смотрит мультфильмы «не по возрасту»?

Если мультфильм слишком длинный, если сюжетных линий слишком много, если речь персонажей насыщена сложными оборотами и мудрёными словесами, то есть если мультфильм ребёнку не по возрасту (не по его возможностям усвоить его) – ребёнок будет поставлен перед выбором. Либо во всём этом копаться-разбираться (пытаться понять, усвоить), либо пустить процесс на самотёк и наслаждаться забавными картинками. Как вы думаете, какой выбор сделает ребёнок? И к бабке не надо ходить: нет у ребёнка никаких предпосылок для сознательного выбора «копаться-разбираться». Их нет в природе ребёнка, хотя бы, потому что волевая сфера у ребёнка в самом зачаточном состоянии. А ещё – рядом под боком возможность (соблазн) потребительского (не творческого) наслаждения.

Чем же это обернётся в будущем? Содержание продукта не будет принято, и ценности, которые автор пытался донести до зрителя, останутся за пределами понимания ребёнка. Ребёнок научится довольствоваться малым: развлекаться картинками. Таким образом, у ребёнка закрепляется навык довольствоваться малым, не вникая в главный посыл и суть произведения. Отсюда – проблемы в школе: ребёнок читает текст, но слова не рождают образы, ребёнок читает текст, но не видит и не понимает сути. Вот вам готовенький «человек-овощ».

Каким образом отфильтровать мультфильмы по возрасту?
Есть различные списки сказок (и народных, и авторских) с учётом возраста, рекомендованных педагогами. Составить такие списки сможет любой родитель. На листах А4 напишите сверху: «2 года», «3 года», «4 года», «5 лет», «6 лет». Затем составьте опись имеющихся в вашем арсенале диафильмов, мультфильмов, книг и впишите их названия в листок под соответствующим возрастом. Понятно, что сказки о предательстве, о лени, о глупости и о прочих категориях того же толка вы не станете давать ребёнку 2-3-х лет. Двух-трёхлетнему ребёнку под силу сказки «Курочка ряба», «Колобок», «Теремок», но никак не «Царевна-лягушка», «Заяц-хвастун», «Сестрица Алёнушка и братец Иванушка».

Вот для примера ссылка на список «книжных» народных сказок с учётом возраста.
http://vk.com/public104028946?w=wall-104028946_1

По этому ключу можно подбирать сказки-диафильмы и сказки-мультфильмы. Обратите внимание: рядом с названием сказки – указание, в чьей обработке рекомендуется читать детям сказку. Это важная информация, и эта тема достойна отдельной статьи. Скажу только, сторонитесь новоделов, особенно это касается модного тренда «Старые сказки на новый лад». За извращение народной сказки расстреливать мало!
Вот слова К.Д. Ушинского о значении народной сказки в деле воспитания детей: «...Многие русские сказки идут, конечно, из глубины языческой древности, когда они вовсе не были сказками, а сердечными верованиями народа. Но многие из них, по-видимому, переделаны народом или вновь составлены нарочито для детей. Это первые и блестящие попытки русской народной педагогики, и я не думаю, чтобы кто-нибудь был в состоянии состязаться в этом случае с педагогическим гением народа. Народная сказка читается детьми легко уже именно потому, что во всех детских народных сказках беспрестанно повторяются одни и те же слова и обороты; из этих беспрестанных повторений, удовлетворяющих как нельзя более педагогическому значению рассказа, слагается нечто целое, стройное, легко обозримое, полное движения, жизни и интереса. Вот почему народная сказка чрезвычайно быстро запечатлевается в памяти дитяти со всеми своими живописными частностями и народными выражениями…»

Мультфильмы и диафильмы как фильмы-стимулы
Вернемся, однако, к заявленной теме статьи – диафильмам. Вспомнить о диафильмах меня заставил курс по развитию речи для детей 3-5 лет, который я три года назад сделала в своём клубе.
Поначалу в структуру курса прописывались советские мультфильмы, тематика которых подходила под курс. Мультфильмы я назвала фильмами-стимулами. Пока тема урока не станет ребёнку близкой (родной) – ребёнок будет отторгать все ваши попытки приобщить его к познавательным урокам. Так устроен малыш, и ломать его природу не нужно. А вот сделать так, чтобы он увлёкся темой урока, можно через эмоционально-чувственную сферу ребёнка. Такую возможность дают мультфильмы. По силе эмоционального воздействия мультфильмам нет альтернативы. В конструкции урока мультфильм – это фильм-стимул, пригласительный билет - яркий, красивый, волнующий, удивляющий. Например, мультфильм «Мы делили апельсин» - пригласительный билет на урок математики (тема «Деление целого на части»), или на урок нравственности (тема «Что такое хорошо и что такое плохо»), или на урок речи (учим стихотворение, предварительно просмотрев «стихотворение в картинках»)…
Но в процессе работы над курсом по развитию речи для малышей, я нашла ещё одну уникальную способность мультфильма. Он может помочь ребёнку научиться разыгрывать истории по ролям. То есть «заставить» ребёнка заговорить!
Ребёнок ещё не умеет читать, но познавать мир помогают мультфильмы, книжки со сказками, которые читают детям взрослые. Мультфильмы ребёнок СМОТРИТ, сказки ребёнок СЛУШАЕТ. А вот ГОВОРИТЬ ребёнок учится только в общении с взрослыми. Просмотр мультфильмов и чтение книг пополняют пассивный словарь ребёнка. А вот перевести пассивный словарь в активный словарь помогает только диалогическая речь и специальные упражнения. Разыгрывание историй по ролям – отличное подспорье в этом деле. Мультфильм с яркими иллюстрациями к каждой реплике персонажа как нельзя лучше подходит для этого.

Я, воодушевлённая такими возможностями мультфильма, приступила к разработке курса. Но вот попытки «подчинить» некоторые мультфильмы требованиям курса не всегда удавались. Технические недоразумения помогла разрешить идея переделки мультфильма в диафильм.
Например, в некоторых диафильмах, переделанных из мультфильмов, приходилось

  • сокращать количество сюжетных линий;

  • сокращать объём текста (неподъёмный для усвоения малышами трёх-пяти лет);

  • упрощать речевые обороты;

  • заменять иностранные слова нашими.


На этом этапе работы над курсом я поняла, что диафильм гораздо лучше мультфильма во всех смыслах!

Чем диафильм отличается от мультфильма? И какие преимущества у диафильма?
1) Разыгрывать сказку по ролям удобнее по диафильму (готовому или специально переделанному из мультфильма). Не нужно лихорадочно нажимать на СТОП, если кто-то из чтецов «проморгал» время и место вставки своей реплики (звук отключён по время разыгрывания по ролям). Не нужно полагаться на память или бумажку-суфлёр, как это было бы с мультфильмом - текст есть на каждом кадре диафильма. Если диафильм переделан из мультфильма, можно для удобства маркировать слова автора и персонажей разными цветами.
2) В мультфильмах (особенно современных) рябит в глазах от частого мелькания кадров. В диафильмах нет мельтешения на экране.
3) Чтобы пополнять пассивный словарь ребёнка - полезен просмотр именно диафильмов. В мультяшке (особенно в современной) если ребёнок услышал незнакомые слова, либо персонаж «проглотил» скороговоркой слова, либо слова персонажа заглушила музыка - уточнять непонятное слово у взрослого некогда, иначе потеряешь вообще нить повествования. В итоге частичное усвоение и понимание сюжета и внутренней логики фильма. К тому же страдает и чувственная сфера - в такой какофонии у ребёнка просто могут не проснуться эмоции и чувства. В итоге ребёнок становится безучастным наблюдателем за сменяющимися картинками...
4) Ребёнку легче перейти с диафильма на книгу, чем с мультфильма на книгу. Ребёнка, который давно сидит на наркотиках-мультфильмах, приучить к чтению очень и очень сложно. Диафильм – это та же книга, но с более крупными иллюстрациями.
5) «Диафильм развивает воображение, в отличие от мультфильмов, где все подано в «готовом» виде» (мнение одной подписчицы сообщества).
6) «Ценные минуты совместного семейного досуга» (мнение ещё одной подписчицы сообщества).
7) Ещё одна ценность диафильма - возможность погрузиться в сказочную атмосферу, имея рычаги управления этой атмосферой. Ты уже не просто потреблянт (как в случае с мультиками), но и сотворец сказки (возможность менять скорость просмотра, возможность комментирования, возможность насладиться отдельными местами сказки и пр. возможности).

Сказочная атмосфера при просмотре диафильма в СССР
У нас в семье проектор для диафильмов появился в конце 60-х - это было чудо! Когда была маленькой и ещё не умела читать смотрели диафильмы всей семьёй поневоле – ребёнку ведь надо прочесть текст на экране, прокомментировать «непонятные места»… В квартире был длинный коридор, входную дверь занавешивали скатертью, закрывали двери на кухню и комнату и… получался маленький домашний кинотеатр со всеми соответствующими атрибутами: полумрак, проектор, экран, сказка на экране… в общей сказочной атмосфере.
Стала старше, научилась читать, записалась в библиотеку, но магия диафильма не отпускала. По-прежнему радовалась пополнению коллекции диафильмов. И теперь уже я читала текст зрителям: родителям, друзьям с нашего двора. Магия диафильмов была ещё и в том, что читать текст отрешенно буднично и невыразительно просто не получится. Огромные красочные яркие иллюстрации диафильма на весь экран в полумраке «заставляли» вживаться в образ и находить нужные интонационные краски для каждого персонажа. Диафильм давал возможность быть сотворцом сказки! Быть сопричастным к чуду!

Почему же были так популярны диафильмы в СССР?
Почему же были так популярны диафильмы в СССР? Ведь диафильмы сильно уступали магии мультфильмов, в которых зрительные образы усиливали во сто крат слуховые и двигательные составляющие. Мультфильм мог породить впечатление-бомбу, а вот про диафильм так не скажешь. Скромнее у него результаты. Однако…
Когда ребёнок смотрит мультфильмы – это пассивное потребление готового продукта. Потому смотреть мультфильмы он может часами. Если мультфильм ребёнку «не по зубам» (слишком сложный), ребёнок вообще перестаёт делать даже малые попытки понять и усвоить его. Здоровый детский пытливый ум отключается в целях самозащиты. И ребёнок становится безучастным наблюдателем за сменяющимися картинками. Что будет, если давать мультфильмы «по зубам» (соответствующие возрасту ребёнка) в большом количестве? Ребёнок «переварит» первый мультфильм, у него может хватить силёнок «переварить» второй мультфильм. Далее он становится безучастным наблюдателем за сменяющимися картинками. Однако такое времяпрепровождение перед телевизором быстро истощает нервную систему ребёнка от пресыщения зрительными и слуховые впечатлениями. А мелькание экрана в режиме «моргания» может вызвать галлюцинации.
В СССР ежедневно показывали детям мультфильмы перед сном (не больше 10-15 минут). Были дополнительные показы мультфильмов в выходные (не больше 30 минут). И всё! А если на лето ребёнка увозили на дачу, где, как правило, в то время телевизоры «не водились»? «Голодный» ребёнок находил альтернативу в книгах и в диафильмах. Вот тут и начинается самое интересное! Книги и диафильмы не возможно потреблять… Надо становиться соучастником процесса. Мультфильм даёт ребёнку готовый зрительный образ. Слушая книгу – ребёнок творит образ сам! Это мощная внутренняя работа. Если человек в детстве был лишён такой возможности трудится, у него в жизни будет много проблем. Человек не рождается с навыками внутренней умственной работы, такой навык он приобретает в детстве. И если у него такой возможности в детстве не было – нарастить этот навык позже будет очень сложно. Вот откуда ноги растут у проблемы «люди-овощи». Они не умеют думать, фантазировать, генерировать идеи. Им сложно в школе, им сложно по жизни.
Однако книга проигрывает диафильму в плане зрительных впечатлений. Для дошкольника наглядность – наипервейшее условие познания мира. Вот почему диафильмы были так популярны в СССР. Советские чиновники ограничили детей в просмотре мультфильмов и сделали огромное благо для детей. Видео с коллекциями мультфильмов на дисках тогда в помине не было. Диафильм стал панацеей для детей и родителей. В принципе семейный просмотр диафильмов можно смело назвать семейным чтением: та же обстановка, те же атрибуты, тот же антураж, только иллюстрации в диафильмах в разы крупнее иллюстраций книжных.

Диафильм сегодня. Как создать сказочную атмосферу в наши дни?
1) Уберите под каким-либо предлогом айфоны, айпады, телефоны с глаз долой. Лучше всего получится провести «стерилизацию» пространства от цифры на даче. С непривычки ребёнок не будет находить себе места! Пусть «поголодает»… Помните! У ребёнка мощная зависимость от гаджетов, и не он виноват в этом. Взрослый должен научиться, избегая конфликта, находить способы влюбить ребёнка в диафильм (а в последующем – в книгу).
2) Подготовьте компьютер с большим экраном или технику с возможностью вывода диафильма на большой экран телевизора.
3) Сделайте правильный выбор диафильма для первого просмотра, учитывая увлечения, пристрастия вашего ребёнка, - иначе ребёнок потеряет интерес к вашей затее.
4) ОДИН В ПОЛЕ НЕ ВОИН. Подготовьте домашних. Желательно, чтобы они поддержали ваше начинание. Приветствуется их живой интерес к диафильму. Не приветствуются одёргивания, комментарии не по делу…
5) Желательно, чтобы хотя бы на первых сеансах, в доме воцарялась тишина. Это поможет вашему ребёнку сосредоточиться на фильме. Его внимание не будет ускользать и не придётся постоянно его мотивировать к просмотру.
6) Обязательное условие: затемнение комнаты. Во времена, когда диафильмы крутили через проектор, - это было техническое условие. Но как оказалось, затемнение помогает создать сказочную атмосферу.
7) Никаких жвачек, попкорна, чупачупсов и пр.! Никакого чавканья! Категорически!
8) Обратите внимание на свой голос. Голос чтеца – это мощный инструмент. Чтобы убедиться в этом, посмотрите мультфильм «ХОМЯК-МОЛЧУН» по сказке Э. Шима. Один чтец – и за автора, и а всех персонажей. Но какое потрясающее исполнение! Обратите внимание, как чтец соблюдает логические ударения, выдерживает паузы, изменяет тон в зависимости от содержания и ситуации! Придерживайтесь правила: авторский текст читаем чуть монотонно (отстранённо), слова персонажей читаем, используя весь звуковой и голосовой арсенал (интонации, тембр, чёткое (даже утрированное) проговаривание текста, ритм, паузы)! Однако, моделируя голосом, не переусердствуйте – не скатитесь на уровень «Ералаша». Хохмы, ржачки, стёб оставим либералам и их детям!
9) В первый же день приобщения к диафильму не спешите предлагать ребёнку чтение по ролям. Можно просто обменяться своими впечатлениями. А потом «вдруг» у вас «случайно» обнаружится распечатка с раскрасками с персонажами именно этой сказки. Можно даже вместе начать раскрашивать сказочных персонажей, а заодно и продолжить делиться своими впечатлениями. В ходе беседы желательно ненавязчиво «пройтись» по сюжету и попытаться выяснить, как ребёнок понял сказку (через вспомогательные вопросы).
10) Помните! Нельзя начинать чтение по ролям, пока ребёнок не уяснит сюжетные линии сказки, мотивы поступков, цели, желания, устремления персонажей. Вот почему для чтения по ролям вначале рекомендуются диафильмы с простыми незатейливыми сюжетами.
11) Как выстраивать занятие по сказке? Давайте, возьмём для примера хорошо всем известную сказку «Колобок». Версий сказки-диафильма «Колобок» много, диафильмы по этой сказки создавали в разные годы. Также есть разные версии мультфильма «Колобок». Есть «бумажный» «Колобок». Есть «Колобок» в звуке. Всё это богатство надо использовать ребёнку во благо! Можно первоначально посмотреть диафильм, затем разучить песенку Колобка, затем раскрасить персонажей сказки или вылепить их из пластилина, затем разыграть сказку с игрушками или разыграть сказку по ролям по диафильму. Очередность занятий вы сами выстраиваете сообразно настроению и возможностям вашего ребёнка. Когда вы через несколько дней покажите ребёнку полноценный одноименный мультфильм, удивлению и радости не будет предела! Он будто встретится со старым добрым знакомым. Ребёнок уже не будет пассивным зрителем-наблюдателем. Он «переварил» сказку, восприятие сказки-мультфильма у ребёнка будет на другом качественном уровне!
12) Помните золотое правило: не переусердствуйте с занятиями, знайте меру! Помните: количество не всегда переходит в качество!


Неудобные вопросы
Сколько можно катить бочку на мультфильмы? Я не качу бочку. Я всего лишь пытаюсь показать другую сторону этого явления, снять со слова «мультфильм» маркер безусловного доверия. Я сознательно выплёскиваю столько негатива, чтобы повысить критичность мышления читателей.
Зачем же из сказок делать учебные пособия? Это возмущение совершенно справедливое. Сказки – это чудо! Но вот на первых порах надо ребёнка научить ВИДЕТЬ и ЧУВСТВОВАТЬ это чудо. Как только он приобретёт навык «пользоваться» сказкой, можно смело отпустить его в свободное плавание! Как правило, этап приобретения этого навыка совпадает с овладением навыка уверенного беглого осмысленного чтения.
Кстати, та самая Вера – дочка знакомых, поделилась своим впечатлением от курса: теперь мультфильм «ХОМЯК-МОЛЧУН» по сказке Э. Шима стал любимейшим мультяшкой всей её семьи (её самой, мужа, детей, а также бабушки и дедушки). Все они по условию задания принимали участие в работе над диафильмом «ХОМЯК-МОЛЧУН», все разыгрывали по ролям сказку. Сказка-мультфильм и диафильм (который я сделала из мультфильма) идеально соответствовали условиям курса: по этому материалу удобно было разыгрывать сказку по ролям. Но эта история примечательна ещё и тем, что наглядно показала неумение самих родителей ВИДЕТЬ, ЧУВСТВОВАТЬ, ПОНИМАТЬ хорошие мультфильмы. А ведь они смотрели ранее этот мультфильм! Смотрели, да не видели! Что ж говорить о современных детях?
Почему не получилась затея с диафильмами? Если вы загорелись идеей привить любовь к диафильмам в своей семье, но у вас ничего не получилось, попробуйте отыскать причины этого. Их может быть много. К примеру: 1) Возможно, ваш ребёнок слишком гаджетозависимый. Возможно, в поле зрения вашего ребёнка были отвлекающие объекты: телевизор, игровая приставка, айфон, компьютер. И даже если вы их уберёте с глаз долой – ребёнку трудно будет на первых порах переключиться с не требующих душевных затрат привычных атрибутов его существования на диафильмы. Но когда это произойдёт, вы сами увидите качественные изменения в вашем ребёнке. 2) Возможно, вы и сами не очень сильно были увлечены этой затеей. Формализм отомстит равнодушием ребёнка.

Современные дети испорчены цивилизацией (айпадами, айфонами, компьютерами…), потому очень трудно будет вернуть их к настоящей жизни…
Читать книжки, строить башни из кубиков, бегать босиком по траве, помогать бабушке поливать огород, строить с дедушкой шалаш, слушать кукушку в лесу, сочинять с папой песенки, складывать из бумаги кораблики и пускать их в плавание в бочке с водой, наблюдать, как паучок плетёт сеть, помогать папе ремонтировать насос, придумывать облакам имена, помогать дедушке копать червей для рыбалки, любоваться закатом, смотреть на звёзды, пробовать пенку от варенья… А вечером смотреть диафильмы всей семьёй! Разве это не счастье?
Если вам это нравится, значит нам по пути!

Скачать диафильм «Цыплёнок и утёнок» и план работы по нему:
http://vk.com/public104028946?w=wall-104028946_5

Скачать диафильм «Хомяк-молчун» и план работы по нему:
http://vk.com/public104028946?w=wall-104028946_6

Скачать диафильм «В лесной чаще» и план работы по нему:
http://vk.com/public104028946?w=wall-104028946_7
Простое визуальное сравнение. Мы не сравниваем звуковое оформление, смысловое наполнение, нравственную и моральную подоплёку мультфильмов 50-70-х годов с мультфильмами 80-х годов и с современными мультфильмами… Всего лишь визуальное сравнение. Почувствуйте разницу! Вы сами поймёте, в какие годы детей пестовали и воспитывали, а в какие – калечили.










Оригинал взят у blagin_anton в Россия решает в Сирии судьбу мира
Спусковым крючком к публикации этого материала послужила переписка с моим другом блогером SS69100 и его публикация на сайте "КОНТИНЕНТАЛЬ":

Screenshot_6

Мне не понравилась сама идея назвать Россию — жандармом (мировым полицейским), пусть даже и в положительном смысле.

Этот образ, на мой взгляд, далёк от действительности.

То, что происходит сейчас в Сирии, и то, что делает в Сирии в настоящее время Россия, имеет более точный образ — бой осы-сфекса со смертельно опасным пауком-тарантулом.

Read more...Collapse )
Что такое корпоратив?
Если на официальном языке - это программа крупных компаний, направленная на сплочение коллектива, развитие командного духа. Если на бытовом языке - это "пьянка коллег", "гулянка в ресторане", "оттяг сотрудников и начальства за счет фирмы".

Не было в СССР такого явления как корпоратив. Идеология была другой, система была другой. Даже помыслить себе нельзя было, что начальство будет спаивать сотрудников предприятия за счёт бюджетных средств на вполне официальном уровне.

Сегодня только в одной Москве тысячи западных компаний. Спаивают молодых москвичей со знанием дела. То, что при этом никакого сплочения коллектива не происходит, можно понять, если внимательно рассмотреть фотографии с корпоративов: собранные в одном месте в одно время индивиды с деланными улыбками, непременным вскидыванием рук и возгласом "Вау!", карнавальная бутафория вместо одежды, пьяные гримасы.

Там вы не найдёте не одного человека. Расчеловечивание там идёт полным ходом!
Вау! Дорогие москвичи!








Если абитуриент считает, что Россия не ведет войну на Украине, то его шансы поступить на Журфак МГУ минимальны.

Прошедший творческий конкурс на факультете журналистики МГУ поверг в шок некоторых родителей.

На устном этапе творческого конкурса одной из абитуриенток задали вопрос, как она относится к тому, что Россия ведет войну на территории Украины.

Несовершеннолетняя поступающая ответила, что не слышала о том, что ее страна вступала в какую бы то ни было войну. На что один из экзаменаторов заявил, что она плохо готова к поступлению, так как не следит за новостями. Об этом, утверждал экзаменатор, говорят и пишут весь последний год все средства массовой информации.

У другого несовершеннолетнего абитуриента экзаменаторы поинтересовались, какова его политическая ориентация.

«Я еще не определился», - ответил поступающий. «Так до пенсии можно не определиться», - заявили ему и дали понять, что разговор окончен.

Скандалы с явным намеком на коррупционную составляющую уже несколько лет преследуют журфак МГУ.

С приходом на должность декана факультета Елены Вартановой они, по всей видимости, могут только разрастаться. При этом имеется ввиду не только коммерческая основа, но и политическая: каждый приходящий на журфак знает, что здесь он всегда бесплатно сможет «отовариться» свежими экземплярами «Новой газеты» и «Ведомостей».

«Российской газеты» или «Известий» стены журфака не помнят уже давно...

На письменной части творческого конкурса большое количество абитуриентов, имеющих высокие баллы ЕГЭ по литературе и русскому языку, получили от 0 до 10 баллов.

Технология, используемая на журфаке, понятна: первым делом исключаются из конкурса все те, у кого высокие баллы по ЕГЭ, чтобы гарантированно могли пройти по конкурсу, по всей видимости, дети «нужных» людей.

Так было отметено порядка ста абитуриентов. Понятно, что эти действия на сто процентов противоречат требованиям президента внимательно относиться к одаренным выпускникам школ. Но ведь не противоречит собственным убеждениям и интересам?

При показе работ преподаватели не могли пояснить, за что именно поставлены низкие баллы. А когда и пробовали, то выходило достаточно смешно: на просьбу показать «большое количество» стилистических ошибок, указанных в рецензии, преподаватель журфака одному из абитуриентов смог указать лишь на две. При этом одна из них не могла иметь никакого отношения к стилистическим недочетам.

На результаты творческого конкурса было подано, как утверждается абитуриентами, более 100 апелляций. И если показ работ закончился в 15.00 в воскресенье, то уже в 16.00 подавшим апелляции раздавали заранее отпечатанные ответы на них.

Как преподаватели смогли за час (включающий, по всей видимости, обед и переход из одного в другой корпус МГУ) проверить эти сто работ, уточнить было сложно. Ни одному из подавших апелляцию не был изменен ни один балл. При этом необходимо отметить, что первичные работы письменного творческого испытания проверялись более недели.

Во время объявления один из родителей задал вопрос, можно ли ознакомиться с аргументированным ответом на апелляцию, проректор МГУ Петр Вржещ, являющийся также заместителем председателя Центральной приемной комиссии МГУ, заявил, что это не предусмотрено.

Почему не предусмотрено, Вржещ пояснить не смог. Также Вржещ не смог объяснить, по каким причинам отклонена та или иная апелляция.

Но если проректор, заведомо зная, что у преподавателей не было физической возможности рассмотреть апелляции за очень короткий срок, уверенно возглавляет апелляционную комиссию, допустившую грубые нарушения в работе, то чем, как не коррупцией можно объяснить его действия?

Впрочем, «политического» ценза на журфаке МГУ во время приемных экзаменов вполне можно было ожидать. На подготовительных курсах для абитуриентов преподаватели по журналистике усиленно рекомендовали абитуриентам активно слушать, смотреть и читать «Эхо Москвы», телеканал «Дождь», «Новую газету», интернет-сайт «Медуза». То есть абитуриентов заранее приучали к тому, с какими политическими взглядами они могут поступить на факультет журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова.

Как стало известно, группа родителей абитуриентов сейчас готовится к подаче судебного иска против МГУ в связи со сложившейся ситуацией на приемных экзаменах. В нем они собираются опираться на то, что не смогли попасть на показ работ как законные представители несовершеннолетних.

Сотрудники отделения полиции МГУ, которых специально вызвали для удостоверения факта нарушения положений Семейного кодекса, зафиксировали его. Члены приемной комиссии журфака МГУ требовали от родителей наличия нотариально заверенных доверенностей от их детей, находившихся рядом.

По всей видимости, решать спор между абитуриентами и МГУ действительно будет суд. Другой вопрос, кто будет рассматривать сложившийся на факультете журналистики политический ценз для абитуриентов.


Сергей А. Ларин

Источник:
http://www.politonline.ru/comments/22882650.html


1. Пускать солнечные зайчики.
2. Наблюдать как прорастают семена.
3. Вместе скатиться с высокой ледяной горы.
4. Принести с мороза и поставить в воду ветку.
5. Вырезать челюсти из апельсиновых корок.
6. Смотреть на звезды.
7. Заштриховывать монетки и листья, спрятанные под бумагой.
8. Трясти карандаш, чтобы казалось, что он стал гибким.
9. Дырявить льдинки под струей воды.
10. Приготовить жженый сахар в ложке.
11. Вырезать гирлянды бумажных человечков.
12. Показывать театр теней.
13. Пускать блинчики на воде.
14. Рисовать мультфильм на полях тетради.
15. Устроить жилище в коробке от холодильника.
16. Плести венки.
17. Делать извержение вулкана из лимонной кислоты и соды.
18. Показать фокус с наэлектризованными бумажными фигурками.
19. Писать под копирку.
20. Сделать брызгалки из бутылок и устроить сражение.
21. Слушать пение птиц.
22. Пускать щепки по течению, рыть каналы и делать запруды.
23. Построить шалаш.
24. Трясти ветку дерева, когда ребенок стоит под ней и устраивать листопад (снегопад, дождик).
25. Наблюдать восход и закат.
26. Любоваться лунной дорожкой.
27. Смотреть на облака и придумывать, на что они похожи.
28. Сделать флюгер и ловушку для ветра.
29. Светить в темноте фонариком.
30. Делать осьминогов из одуванчиков и куколок из шиповника.
31. Сходить на рыбалку.
32. Оставлять отпечатки тела на снегу.
33. Кормить птиц.
34. Делать секретики.
35. Строить дом из мебели.
36. Сидеть у костра. Жарить хлеб на прутике.
37. Запускать воздушного змея.
38. Крутить ребенка за руки.
39. Построить замок из песка. Закапываться в песок. Вырыть глубокий колодец, чтобы достать до воды.
40. Сидеть в темноте, при свечах.
41. Делать чертиков из намыленных волос.
42. Дуть в пустую бутылку.
43. Повторять одно слово много раз, чтобы оно превратилось в другое.
44. Издавать победный крик каманчей.
45. Удивляться своей гигантской тени и играть с тенями в догонялки.
46. Прыгнуть в центр лужи.
47. Делать записи молоком.
48. Устроить бурю в стакане воды.
49. Закопать сокровище в тарелке с кашей.
50. Объясняться знаками.
51. Сделать носики из крылаток клена, ордена из репейника, сережки из черешен.
52. Дуть на пушинку.
53. Оставить травинку в муравейнике и потом попробовать муравьиную кислоту.
54. Есть заячью капусту, сосать смолу, слизывать березовый сок и кленовый сироп, жевать травинки.
55. Выдавливать формочками печенье.
56. Нанизывать ягоды на травинку.
57. Играть в циклопов.
58. Петь хором.
59. Починить любимую игрушку.
60. Пускать мыльные пузыри.
61. Наряжать елку.
62. Свистеть через стручок акации.
63. Смастерить кукольный домик.
64. Залезть на дерево.
65. Играть в привидений.
66. Придумывать маскарадные костюмы и наряжаться.
67. Говорить о мечтах.
68. Стучать в самодельный барабан.
69. Выпустить в небо воздушный шар.
70. Организовать детский праздник.
71. Смотреть на мир через цветные стеклышки.
72. Рисовать на запотевшем стекле.
73. Прыгать в кучи осенней листвы.
74. Начать обед с десерта.
75. Надеть на ребенка свою одежду.

Источник:
http://vk.com/russdem


Latest Month

July 2016
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel